Истории, которые вдохновят вас на большее
Помочь проекту

Василий Жданов

Кемерово, 16.01.2021
3
Сказать спасибо
Поделиться

«Если на борту есть врач, пожалуйста, подойдите в начало салона!» Это объявление услышал анестезиолог-реаниматолог Василий Жданов, который возвращался с семьёй из отпуска. Пройдя по салону, он увидел, как задыхается и теряет сознание 6-летняя девочка. На спасение жизни ребёнка было всего полчаса...

В 2022 году Василий Жданов стал героем книги "100 подвигов обычных людей. Том 3". В интервью для проекта "Подвиги"  он рассказал журналисту Надежде Сабуровой, что произошло в тот день, когда он спас ребенка. А еще - о своих мечтах, воплотившихся в жизнь.

Эта история произошла в январе 2021 года на международном авиарейсе Кайо-Коко – Шереметьево. Василий Жданов с супругой и двумя детьми возвращались в Россию после отдыха на Кубе. Свободных мест в салоне на 500 человек не было. Пассажиров с детьми, летевших из отпусков домой, ждал 12-часовой ночной перелёт над Атлантикой. 

«Было достаточно скучно и темно, – вспоминает Василий. – А у меня, наверное, в таких случаях профессиональный рефлекс срабатывает – закрываю глаза и в любом месте, в любом положении засыпаю. Поэтому как только объявили взлёт и самолёт поднялся в воздух, я сразу «провалился». Сквозь сон услышал объявление: «Если на борту есть врач, пожалуйста, подойдите в самое начало салона». Сначала немного расстроился. Подумал, что неприятность произошла с очередным аэрофобом, попытавшимся заглушить страх алкоголем. Ещё сонный, встал и направился в начало салона. Увидел, что все суетятся вокруг маленькой девочки… И сон как рукой сняло!» 

Василий Жданов – анестезиолог-реаниматолог, привыкший в повседневной жизни работать и со взрослыми, и с детьми. Он среагировал немедленно. «Моя основная специальность, моя «первая любовь», это педиатрическая анестезиология, – продолжает герой. – И с детьми я работаю чаще и больше. Если вижу, что суета идёт вокруг ребёнка, в сознании сразу загорается «красная лампочка». Дети, в отличие от взрослых, крайне редко симулируют. Особенно малыши. И если 6-летней девочке стало плохо настолько, что взрослые активно суетились, а бортпроводники сделали объявление о необходимости медицинской помощи, значит там действительно что-то серьёзное».

 

С момента взлёта прошло около часа.

30 минут на помощь

Быстро оценив ситуацию, Василий Жданов увидел, что что у девочки разворачивается клиника анафилактического шока. Всё началось с одышки и затруднённого дыхания. А дальше: помутнение сознания, нитевидный пульс… И при отсутствии помощи в течение получаса с начала приступа исход мог быть только один – смерть. 

Дорога была каждая минута. Узнав, что на борту самолёта есть специальная аптечка для медиков с необходимым набором медикаментов, Василий Жданов начал оказывать помощь. 

«Бортпроводники сработали оперативно, – вспоминает он. – Узнав, что я врач, сразу же принесли аптечку, в которой было всё необходимое: и адреналин, и гормоны, и инфузионные среды, и периферический венозный катетер. Для оказания помощи сотрудники авиакомпании освободили ряд сидений и отсекли панику на борту, технично отстранив даже перепуганных родителей». 

Вместе с Василием спасать малышку бросились ещё два медика: его супруга Наталья – детский врач-эндокринолог и врач-гинеколог из Челябинска Юлия Чуланова. Василий Жданов установил периферический венозный катетер и сразу же ввёл адреналин. Его жена фиксировала девочку, а Юлия набирала необходимые для её спасения препараты. 

В это время бортпроводники неоднократно спрашивали о необходимости посадки самолёта в ближайшем аэропорту. Но на это ушло бы не менее часа…

«Времени на экстренную посадку при стремительно развивающемся анафилактическом шоке у нас не было, – ещё раз мысленно возвращается в тот день Василий. – Это происходит не так, как показывают в кино, когда пилот разворачивает самолёт, стремительно садится, а к трапу уже летят «скорые» с мигалками. Нет. При анафилактическом шоке есть только полчаса, и если ты не оказал или неадекватно оказал помощь, всё заканчивается трагически. Мы должны были помочь! И мы справились.  Буквально через 10-15 минут после введения адреналина симптомы шока начали купироваться. Дыхание стало спокойным, девочка пришла в себя, пульс восстановился. Через какое-то время малышка успокоилась и уснула. Всё оставшееся время до Москвы я постоянно оценивал её состояние». 

А ещё Василий заполнял документы. После использования медицинской аптечки нужно было отчитаться. Он указал свои данные и то, какие препараты использовались для оказания помощи, а также предварительный диагноз, который она поставил маленькой пациентке.  «Такая вот история, – улыбается спаситель. – Ничего героического». 
Выясняя причину

 

Анафилактический шок у девочки тогда развился минут через 20-30 после приёма обезболивающего. Родители дали таблетку дочке, когда она пожаловалась на боль в ноге.  «Буквально «студенческий случай», – вспоминает Василий Жданов. – Девочка пожаловалась на боль, ей дали таблетку, и вскоре одышка, психоз, потеря сознания, нитевидный пульс, падение артериального давления и яркая сыпь по всему телу. Я всё это мгновенно сопоставил. Вариантов не было – на лицо классический анафилактический шок. К счастью, мы успели и девочка жива и здорова». 

Кстати, в Москве её уже ждала бригада «скорой медицинской помощи», вызванная бортпроводниками. Родители благодарили врача за счастливый конец истории.  

«Мы попрощались, – говорит Василий – Угрозы жизни ребёнка больше не было, но родители всё ещё переживали. Не могли прийти в себя после пережитого. На следующий день я им позвонил. Убедился, что с ребёнком действительно всё в порядке. Родители снова благодарили. С тех пор мы не общались. Связь с родителями вылеченных детей я, кстати, никогда не поддерживаю. Не потому, что они неблагодарны или я не хочу. Нет. Просто потому, что я у этих людей автоматически ассоциируюсь с ужасом, который с ними произошёл. Они его стараются поскорее забыть. И это нормальная защитная реакция».

Обращаясь к любителям верить рекламе медпрепаратов, Василий Жданов напоминает, что не стоит пытаться слепо заглушить боль популярными таблетками. Анафилактический шок не дремлет, и помощь может не успеть. 

«Кстати, его может вызвать не только медикамент, – продолжает наш герой. – Любой пищевой продукт, бытовая химия… Мы живём в мире аллергенов и никогда не знаем, что может вызвать негативную реакцию организма. Постоянно контактируем с какими-то чужеродными агентами, и они могут стать причиной аллергии той или иной степени выраженности, и, как крайний вариант, анафилактического шока. Бояться всего подряд не стоит, но быть аккуратным следует». 

Когда мечты сбываются

Ещё в школе Василий Жданов понял, что в будущем хочет стать детским врачом. Именно детским.  «Мечта такая была, – вспоминает он с улыбкой. – Я помню тот день, когда эта мысль промелькнула впервые. Я тогда учился в 7-8-м классе. Сидел в музыкальной школе на скучном уроке сольфеджио. Шёл дождь, а я просто смотрел в окно. И мне вдруг пришло осознание – хочу быть врачом. И следующая мысль – я хочу быть детским анестезиологом. 
Я потом анализировал почему. У родителей есть друг – детский анестезиолог. Ну и я его знал с раннего детства, естественно. Помню, когда мы с братом болели, он приходил и как-то сразу становилось спокойнее. Наверное, у меня эта модель поведения в голове отложилась. Сам этот человек и его специальность ассоциировались у меня со спокойствием». 

 

Успешно окончив школу, в 1997 году Василий Жданов поступил в Кемеровскую государственную медицинскую академию. Теперь это – Кемеровский государственный медицинский университет. «На первый курс поступал с чёткой мыслью – стать детским анестезиологом, – говорит он. – Проучился 6 лет. А мысль о выборе будущей специальности ещё больше оформилась. Из мечты превратилась в конкретную цель. Я получил сертификат анестезиолога-реаниматолога и стал работать с детьми. Мне хотелось, чтобы им не было больно и страшно! До сих пор хочется, хотя проработал уже 17 лет и многого навидался».

 

За это время Василию Жданову приходилось выполнять обязанности не только детского анестезиолога, но и реаниматолога, а потом быть и взрослым анестезиологом-реаниматологом. В период пандемии он был начальником ковидного госпиталя для взрослых и анестезиологом-реаниматологом. Детская реаниматология пока ушла на задний план.  Но это временно. 

«Иногда помочь не удаётся, но о выборе профессии не жалею…»

 

Родные и близкие пациентов стараются как можно скорее забыть о пережитом страхе и искренне радуются тому, что в их случае всё закончилось благополучно. А в памяти Василия Жданова остаются те случаи (к счастью, очень редкие), когда спасти пациентов ему не удалось. «Некоторое время назад я заметил, что помню только их, – грустно констатирует он. – Пациенты, с которыми всё благополучно, со временем из памяти стираются. А вот те, которым я не смог помочь, оказался бессилен, остаются со мной. 

 

Я не веду статистику. Для меня и один не спасённый – много, и два человека – много. Мне бы хотелось, чтобы таких не было. К сожалению, они есть. Врачи не всесильны, и иногда с этим ничего нельзя поделать… Но о том, что пошёл в медицину, я никогда не жалел. Было грустно, было тяжело, но быть врачом, иметь возможность помочь, это главное».

«Врачи – не герои!»

Василий Жданов ни себя, ни других врачей, выполняющих свою работу, героями не считает. «Безусловно, я никакой не герой, – уверен он. – И врачи, которые оказывают помощь, они тоже не герои, если не рискуют своими жизнями и просто выполняют свои прямые обязанности. Ведь что такое подвиг? Человек, например, прыгает в воду и пытается спасти тонущего.  Он рискует своей жизнью ради жизни другого. Это – подвиг. Пожарный заходит в горящее здание и пытается кого-то спасти, это – его работа, но он рискует собой и это тоже – подвиг. Долго можно перечислять подобное.  

В общем, когда человек идёт на что-то ради, как ему кажется, чьего-то блага чётко понимая, что у него очень высокие шансы погибнуть, это – подвиг. А повседневная работа врача, нет, не подвиг». 

«Ты не можешь быть счастливым, если ты – не хороший человек»

У Василия Жданова и его супруги двое детей: 15-летний сын и 9-летняя дочь. Неравнодушию дети часто учатся на примере родителей, хотя сам герой считает это чувство эмпатии врождённым.«Сострадание у человека либо есть, либо его нет, – считает Василий. – Уверен, что оно врождённое. Я, кстати, не сразу пришёл к этой мысли. Думал, что чувство сострадания можно и нужно воспитывать. А ещё думал, что неравнодушие во многом прививает классическая литература. Ошибался. Я, например, много читаю, а мои дети нет, но при этом они – неравнодушные люди. Никогда не пройдут мимо человека, который просит помощи. Классная руководительница сына как-то сказала: «Учиться не хочет, но, если нужно помочь, всегда первый откликается и приходит на помощь». Вот это для меня очень важно, потому что стремление учиться со временем может прийти, а вот желание помогать, оно либо есть, либо его нет. 

 

А если вообще говорить про воспитание… Для детей нужно быть ненавязчивым достойным примером. Не унылым, не дидактическим. И я очень надеюсь, что мои дети вырастут хорошими и счастливыми людьми. Это, на мой взгляд, неразделимо. Ты не можешь быть счастливым, если ты – не хороший человек».

Фото Василия Жданова специально для проекта  "Подвиги" сделала фотограф Татьяна Колесник, г. Кемерово.


С Василием Ждановым мы записали эпизод подкаста "Подвиги обычных людей". В нём он рассказал в том числе о том, почему может случиться анафилактический шок и как действовать в этой ситуации, если вы не врач.


Подкаст доступен на всех площадках: https://podvigiobychnyhludey.mave.digital

Я знаю об этой истории больше

Знаете об этой истории больше?

В свободной форме. Пожалуйста, не помещайте в это поле ссылки. Их вы можете прикрепить ниже
Вы можете прикрепить фото в форматах .jpg, .png
Редактор свяжется с вами, если появятся вопросы
Все правки проходят премодерацию. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации без объяснения причин
3
Сказать спасибо
Поделиться